Каракуль — шкурки, снятые с ягнят каракульской породы на 1-3-и сутки после рождения, когда их мех отличается густым, упругим, шелковистым волосяным покровом, образующим завитки различной формы и размеров. Первоначально каракулем назывались только натуральные шкурки ягнят каракульской породы, выведенной в древности в Средней Азии.

 

Однако, в 1960-е годы каракулем стали называть и искусственный мех с очень коротким, плотно прилегающим к ткани основы шелковистым ворсом, образующим на поверхности рельефный муаровый рисунок. Само слово каракуль имеет тюркское происхождение и дословно обозначает «чёрное озеро», хотя каракуль может быть разных цветов (палевый, серый). В западноевропейских языках каракуль обозначается словом «астрахан», по названию главного торгового центра занимавшегося когда-то торговлей каракулем — ныне российского города Астрахани. Каракуль составлял две пятых экспорта советских мехов – тонкий как замша и мягкий, как бархат, он поставлялся в радуге цветов от черного до платинового, розового и даже сиреневого, с возвышенными названиями вроде «закат», «свет свечи» или «цветок абрикоса».Каракульская порода была выведена сотни лет назад на пустынных кызылкумских пастбищах вокруг Черного озера, или Кара-куля, возле древней Бухары. Впервые тюркское слово «каракуль» упоминает в 978 году арабский историк Ибн-Хаукаль.

 

До начала двадцатого века правители Бухары сохраняли монополию на производство и экспорт своего золотого руна – через Иран или приволжский город Астрахань. Отсюда и пошли западные названия каракуля – «персидский ягненок» и «астрахан».Тех, кто вывозил шкурки без ведома эмиров, казнили.«Для Бухары каракуль был как шелк для Китая», – говорит Кенджабай Мадаминов из «Узбек каракули», государственной компании, заведующей производством и вывозом шкурок.В 1907 году последний бухарский эмир опрометчиво подарил британскому послу стадо каракульских овечек, и англичане незамедлительно вывезли их в Намибию, откуда пошла «свакара» – то есть Southwest African karakul, каракуль из юго-западной Африки.

 

Когда большевики в 1920 году низложили эмира, он бежал в Афганистан, забрав с собой лучшие отары. Теперь Афганистан – ведущий мировой производитель каракуля, хотя афганские шкурки не столь разнообразны и изысканны, как узбекские прототипы, которые десятилетиями выводили и улучшали в Институте каракулеводства в Самарканде.В нем вывели двадцать восемь типов каракуля, пять из них – в годы узбекской независимости, говорит директор института Сурат Юсупов.Институт учредили в 1930 году, и со временем его филиалы появились по всей Средней Азии, в Закавказье, в Крыму и Астрахани.

 

Каракулевые шапки стали отличительной чертой советских партократов и генералитета, а шкурки расходились на западных меховых аукционах.Производство достигло пика в 1970-е годы, когда около десяти миллионов шкурок советского, афганского и намибийского происхождения продавались в мире ежегодно – чуть больше, чем лисьих, в пять раз меньше, чем норковых.

 

Распад СССР совпал с падением спроса на мех во всем мире и с отменой каракулевых шапок и воротников для российских генералов и старших офицеров. В девяностые годы узбекские каракулеводческие хозяйства, теперь превращенные в кооперативы, по сути, боролись за выживание.Каприз всемирной моды – и, возможно, внимание прессы к афганскому президенту Хамиду Карзаю, который не выходит в свет без каракулевой шапки – вернули узбекские шкурки обратно на мировой рынок.

 

 

Сейчас Узбекистан – второй в мире производитель каракуля после Афганистана, тогда как другие среднеазиатские республики вроде Туркмении или Казахстана отстают как в производственном, так и в селекционном отношении.Когда овца доживает до шести или семи лет, ее зубы истираются от пережевывания жесткой травы и кустарников, и она зачинает своего последнего ягненка – источник каракульчи, или смушки, самого ценного сорта каракуля, чей недоразвитый мех напоминает мокрый шелк.Мать убивается за две недели до родов, плод извлекается и свежуется, его тело идет на костную муку, используемую в пищу птице или свиньям.Кройка смушки чрезвычайно трудоемка, на одну шубу уходит «тысяча мелких стежков», может сказать любой узбекский меховщик.

 

Несмотря на практические недостатки и этические проблемы, каракуль победоносно вернулся на подиумы и в бутики. В 2004 году «Прада» показала коллекцию из черного каракуля, и вскоре дизайнеры от Армани до Гуччи представили новые шубы, костюмы и юбки.